Ростислав Кример: «Не привык ставить неосуществимые задачи»

В начале октября этого года в Минске состоялся VI Международный фестиваль Юрия Башмета. Его концерты проходили в Белорусской филармонии, Академии музыки (минской консерватории), Дворце спорта.

Сам фестиваль Башмета за несколько лет существования стал явлением, повлиявшим на музыкальную жизнь Минска и других белорусских городов, в которых проходят его мероприятия — Гомеле, Могилёве. Его значение не исчерпывается проведением серии концертов — третий год подряд в рамках фестиваля проводится Молодёжная Академия стран СНГ, в которой в серии мастер-классов обучаются студенты разных стран, преподают известнейшие педагоги с мировым именем, сами являющиеся успешными концертирующими музыкантами.

Учитывая значимость происходящих в столице Беларуси музыкальных событий, наше издание не первый год внимательно и регулярно освещает их. Сегодня мы представляем читателям записанное в Минске интервью главного редактора Classica.FM Евгения Бойко с художественным руководителем Фестиваля Юрия Башмета с Минске Ростиславом Кримером.

Евгений Бойко: Фестивалю почти шесть лет. Расскажите об истории фестиваля — как он возник, как развивался.

rostislav krimerРостислав Кример: Это прежде всего белорусский проект. Он тут проходит потому, что я сам здесь родился, в этой стране.

Идея в том виде, в котором он есть, родилась в Париже, после моего сольного проекта в зале Корто. В разговоре с друзьями возник вопрос о том, что в Минске проблемы в культурной жизни — мало концертов, мало знаменитостей приезжают. Я тогда сказал: «Если мы в Париже будем просто рассуждать об этом — ничего не улучшится». Поспорили, что что-то хорошее сделать возможно. Я пообщался с Юрием Абрамовичем (Башметом), и начали движение — поначалу от Бреста.

Фестивалю шесть лет, а всего проекту семь, потому что первый концерт Василия Лобанова, Виктора Третьякова и Юрия Башмета был в Брестском театре драмы и музыки. В то, что это случилось, до сих пор с трудом верится, потому что приехать из разных стран таким музыкантам, ради одного концерта камерной музыки… Мне тогда было 23 года, и они смогли поверить, что у этого парня что-то выйдет… Играли трио Брамса.

Потом, соответственно, в 2006 году состоялся официальный первый фестиваль, он был из 5 концертов. Были «Солисты Москвы», Гидон Кремер и «Кремерата Балтика». С первых дней мы начали достаточно мощно — учитывая, что таких артистов, как Гидон, здесь не было много лет. Это был первый серьёзный шаг в улучшении культурного климата, в лучшем смысле слова.

Евгений Бойко: А на какую почву это легло? Как вы оцениваете культурный ландшафт на тот момент, первых лет жизни фестиваля?

Ростислав Кример: Достаточно беспомощно. Не потому, что культурный уровень белорусов понизился или им образования не хватает — с этим всё замечательно. Многолетние традиции с советских времён — всё это осталось. Но традиция поддержки проектов спонсорами отсутствовала вообще. Спонсоры считали нормальным на фестиваль выделить сто долларов. Как мы с вами прекрасно понимаем, на такие деньги никакой проект сделать невозможно. Бизнес по-другому был воспитан на тот момент.

Евгений Бойко: Всё изменилось?

Ростислав Кример: Конечно, и фестиваль Башмета сделал к этому огромный шаг. Много изменилось за шесть лет в плане отношения спонсоров к культурным мероприятиям. Они перестали считать, что классические музыканты — это изгои, что ничего это не нужно, нужен только спорт. Мы пытались объяснить фестивалем, что духовное развитие, воспитание детей и внуков — залог будущего культурного и экономического процветания любой нации.

Евгений Бойко: А спонсорская поддержка является залогом того, чтобы эта культура не превратилась в коммерческую.

Ростислав Кример: Конечно. Они и держат эту планку, помогая. Конечно, и мы вынуждены искать пути широкого завоёвывания зрителей, широкой общественности. На подобных концертах в Европе большинство в концертном зале — пенсионеры. А очень хочется, чтобы и молодёжь могла приобщиться к высокой культуре. Сегодня ведь не модно читать Толстого, Достоевского, а особенно поэзию. Книги уходят, и это жаль — интернет не заменит книги, даже одного того ощущения, когда держишь её в руках, переворачиваешь.

Евгений Бойко: У вас довольно много молодёжи в концертном зале. Минск вообще выглядит очень молодым городом, судя по лицам на улице.

Ростислав Кример: А ещё это безопасная страна, где маленького ребёнка можно отпустить одного погулять, и быть почти абсолютно уверенным, что с ним ничего не случится. Что в Москве нереально сегодня.

Евгений Бойко: Да, различия Минска с Москвой разительны, и неприятно, хоть и очевидно — не в пользу последней. Начиная с железнодорожного вокзала, который блестит стеклом и мрамором внутри и снаружи, ничуть не напоминая московские клоаки — Ленинградский, Казанский, которые могут вызвать шок у приезжих обилием мусора, бомжей и прочих мрачных личностей вокруг них, а то и внутри. Да и не только на вокзалах…

Ростислав Кример: Дело даже не в дворниках-таджиках, которых в Минске нет. Дело в том, что в Москве много приезжих полулегальных, незарегистрированных — это и порождает все остальные неприятности. Если бы все эти люди работали официально — в таком виде и количестве проблем бы не было.

Евгений Бойко: Москва — особый мир. Она перестала быть городом для комфортного человеческого проживания, став для одних городом реализации амбиций, для других просто средой выживания. Почти для всех — чужеродной. Москвичи не чувствуют себя дома, всюду видя всё менее знакомую картину города, чужие лица приезжих. Для приезжих же это город для решения их проблем, реализации потребностей.

Ростислав Кример: Петербург гораздо лучше в этом смысле — просто колоссальная разница.

Евгений Бойко: И Минск на этом фоне — нормальный, человечный город, где можно просто жить и наслаждаться жизнью, поскольку культурная среда сейчас здесь тоже на высоте. Не представляю, как можно жить пусть самом красивом и чистом городе, но в котором, к примеру, нет оперного театра. Что там делать?

Ростислав Кример: В минском оперном театре сделали капитальный ремонт, как раз в честь этого мы сделали вечер Кармен, там был украинский балет, балет Большого театра, Мариинского театра — это тоже был фестивальный проект.

Евгений Бойко: Давайте поговорим о музыкальном лице фестиваля. Вы, живя в Европе, можете видеть, что каждый известный фестиваль проходил период роста, сравнимый с человеческой жизнью, становясь зрелым годам к 20-30. Иногда он сразу обретает своё лицо, специализацию, часто это происходит в процессе формирования, роста. Как ребёнок — встал на ноги, огляделся по сторонам и понял — что же ему в конце концов интересно. Всё, как правило, начинается с серии концертов, но просто серия концертов — это ещё далеко не фестиваль. Вашему уже шесть лет, сейчас вы в какой стадии?

Ростислав Кример: В первую очередь лицо фестиваля — это Юрий Абрамович Башмет, который по праву является одним из лучших музыкантов мира. В этом тоже была изначальная идея — чтобы фестиваль рос быстро, ему нужен человек, который много лет занимается искусством, и занимается здорово. Он вдохнул жизнь в фестиваль, всегда советует по его программе, по выбору артистов, живо этим интересуется. Поэтому с точки зрения программы — она всегда интересна, артисты замечательные.

Евгений Бойко: Но фестиваль направлен-то в первую очередь на публику?

Ростислав Кример: Отчасти. Не может быть фестиваль только в угоду публике — в этом и смысл отличия фестиваля от коммерческого предприятия. Но и на них тоже — чтобы удержаться на плаву, привлечь аудиторию, нужно общаться с публикой на их языке. Мы ведь не можем на языке Шекспира привлечь широкую аудиторию — для этого crossover проекты, проект «Классика встречает джаз», проект «3Б» — Башмет, Бутман и группа «Браво».

Евгений Бойко: Вы так смело экспериментируете. Это и является изюминкой?

Ростислав Кример: Одной из. Изюминкой изначально было выступление на одной сцене великих артистов с молодыми музыкантами.

Евгений Бойко: Это появилось с Молодёжной Академией?

Ростислав Кример: Это появилось с первого дня. Академия уже потом выросла, из этой идеи глобальной. У нас изначально в каждом концерте был кто-то из молодых солистов — из России, Белоруссии или Германии. Молодой солист выходил на сцену, выступал с симфоническим оркестром, а дирижировал знаменитый дирижёр. Или наоборот — молодой дирижёр, а солировал Юрий Башмет. Такое взаимодействие поколений обе стороны воодушевляет, подпитывает. Это — изюминка фестиваля, ради этого он задумывался. Потом появились различные его обрамления интересные.

Был такой аутентичный проект — «Минск встречает бабье лето с Фестивалем у Башмета» – Город мастеров в парке Горького, из России мы привезли инструменты — кугиклы, саратовская гармонь, рожки, пищики — совершенно феноменальные вещи, о которых многие даже не знают. Я сам, например не знал, что в саратовской гармони вместо басов — звоночки. Потрясающе звучит. Есть такой белорусский инструмент — дуда. Это практически шотландская волынка, только упрощённый вариант. Старинный, исконно белорусский народный инструмент, о котором тоже почти никто не знает — все знают только о цимбалах.

Мы сделали шествие по городу — Россия встречает Беларусь, по проспекту. С российской стороны — российские народные инструменты, с белорусской — белорусские. Они встречались, в парке были гулянья, игры. Ведущая была с российским старинным глубинным таким говором — и она на нём разговаривает действительно. И на белорусской мове тоже — не просто знает, а который дома разговаривает на этом языке. Это было колоссально, для меня это был очень ценный проект. Конечно же, он был некоммерческим, ни о каких билетах и думать не приходиться, но такие вещи нужно показывать, потому что без прошлого нет будущего.

Евгений Бойко: Нынешний экономический кризис в Белоруссии не отразился на фестивальных планах, на взаимоотношениях со спонсорами? На чьих плечах лежит его финансовое бремя?

Ростислав Кример: Бóльшая часть — это спонсоры. JTI International — главный наш спонсор. «Белтехэкспорт», «Мобильные телесистемы», Siemens. Все компании масштабные, соответствующие статусу. По-разному, конечно, в кризисной ситуации себя повели — кто-то уменьшил бюджет, кто-то удержал своё лицо. Это жизнь, мы к этому нормально относимся. Конечно, административная большая поддержка — со стороны Министерства культуры, Минского горисполкома. В принципе, видно, что к нему хорошее отношение и стране он нужен.

Евгений Бойко: Но в то же время фестиваль не должен оставаться неким событием, которое привносится извне — появляется раз в год и исчезает. Он должен пускать корни, становиться частью культурной инфраструктуры. В общем-то, Молодёжная Академия Башмета — один из примеров такой интеграции…

Ростислав Кример: Конечно.

Евгений Бойко: Фестиваль становится значимым и нужным не только когда остаётся затратным, но и начинает приносить реальную экономическую пользу региону — к примеру, в виде туристического трафика.

Ростислав Кример: Я думаю, что он уже такие плоды приносит. Задумывались об этом, считали.

Евгений Бойко: Есть ведь примеры фестивалей, которые держатся только на спонсорах, даже только на одном спонсоре, а потом он исчезает или теряет интерес, и фестиваль просто исчезает. Очень хорошие фестивали, которым было по 20 лет.

Ростислав Кример: Это вопрос толкового менеджмента. Я думаю, что даже если не будет ни одного спонсора, мы всё равно сможем провести фестиваль. Значит, будут другие пути, другой бизнес-план. Другие программы — может быть, чуть больше коммерческих проектов на самоокупаемости будет проводиться. Но он будет, потому что это нужно. По прошлому году государственное участие в проекте составляло 2-3%, билеты — 10-15%. Всё остальное — спонсорские деньги.

При формировании цен на билеты нужно понимать публику, ведь когда Элтон Джон — это одни цены, а на классику — совершенно другие. Интеллигенция не может себе позволить платить сто долларов за билет. Благодаря спонсорам удаётся сделать так, чтоб они пришли недорого. Но и не дико дёшево, потому что это тоже не путь — приучить публику платить за классику копейки. Она перестанет быть значимой. Это всё-таки событие, когда идёшь в оперный театр, да? Это же не кино, а опера. И билет не должен стоить столько же. А попсовые концерты — ну, там другие люди, другие возможности.

Евгений Бойко: Другие фестивали серьёзного уровня проходят в Минске? Имеется ввиду классическая музыка.

Ростислав Кример: Да, Спиваков сделал несколько концертов, Гергиев давал. Это тоже благодаря Фестивалю Башмета — люди смотрят, что Башмет приезжает, что всё работает. Лучшие музыканты мира собираются — ежегодно, в течение многих лет. Мы это записываем на свой счёт — не было бы фестиваля Башмета, не было бы ни того, ни другого. Да и много чего.

Евгений Бойко: В этом году концерт студентов Академии Башмета прошёл в Гомеле…

Ростислав Кример: А фестивальный концерт ещё и в Могилёве был.

Евгений Бойко: Кажется, это это наша, славянская специфика — проводить мероприятия одного фестиваля сразу в нескольких городах. Это объяснимо — транспортная и вообще городская инфраструктура не позволяют вот так просто поехать в другой город, как это нормально и привычно для жителей Европы. Поэтому гора идёт к Магомету.

Ростислав Кример: Когда фестиваль задумывался, у меня была интересная мысль провести ось Восток—Запад. Москва, Минск, Брест, Варшава, Берлин, Бонн, Брюссель, Париж, Лондон. Или обратно — неважно. Дорога великих музыкантов, когда они едут на поезде, останавливаются, играют. Я думаю, мы к этому понемногу двигаемся. С первого фестиваля у нас был концерт и в Москве и в Минске, в Витебске и Бонне. Потом мы сконцентрировались и здесь стали расти, но это не отменяет общую направленность, генеральную линию. Думаю, через пару лет это осуществится. География, конечно, важна — и по Белоруссии будет больше городов.

Евгений Бойко: На сколько лет вперёд видите фестиваль, его концепцию, фактическое содержание?

Ростислав Кример: На пять лет точно. Я не привык ставить неосуществимые задачи и говорить о том, что я себе не представляю. Я примерно представляю то, кто может приехать через три года, четыре и пять. Пару ключевых фамилий, которые хотел бы видеть в программе на фестивале. Озвучивать не буду, но это великие имена. Об этом постоянно нужно думать.

Очень важный момент, на который я надеюсь — что будет конкуренция здесь. Вот почему Yamaha не купила Steinway & Sons?

Евгений Бойко: Она купила Bösendorfer. Вероятно, с целью изучить технологии конкурента.

Ростислав Кример: Правильно. Но не Стейнвей! Потому что конкурента не будет. Потому что если быть монополистом — это путь в никуда.

Евгений Бойко: Что в ближайших планах? Интернет-трансляция, пост-продакшн?

Ростислав Кример: Трансляция по телевидению — у нас записывалось открытие, «Солисты Москвы» с Башметом, завтрашнее закрытие будет тоже записываться. Все концерты записывались на радио. Соответственно, будет радиотрансляция. Опять же это важно — чтобы вся страна слышала. Те, кто не могли купить билет. Аншлаги в этом году невероятные, на все концерты. Это, опять же, не за один год делалось.

Евгений Бойко: Были за эти шесть лет сложные моменты, моменты отчаяния?

Ростислав Кример: Конечно. Были. Когда руки опускались от безысходности. Когда трудно ступить на следующий этап. От непонимания в общении. Иногда — с некоторыми людьми. Вообще человеческий фактор очень важен. Хотя противодействие показывает, что «верной дорогой идёте, товарищи».

Евгений Бойко: Ну да, если куда-то очень уж легко скользишь, то скорее всего — в пропасть.

Ростислав Кример: Иногда чьё-то нежелание — это пример, потому что потом говорят — смотрите, вот у Башмета всё есть, и без полного использования государственных средств может существовать. Может совсем не использовать. Для меня важна прежде всего моральная поддержка государства. Административная помощь. Проект большой. Главой государства назван одним из наиболее важных. Он собирался придти на один из концертов в прошлом году, но была какая-то важная встреча.

Евгений Бойко: Значит, это тоже впереди.

Ростислав Кример: Да, мы надеемся на это. В какой-то момент это обязательно произойдёт. Хотя главное не в посещении ведь дело, а в помощи — а она есть.


Новости в этой категории

Зазеркалье — о «русской оккупации» Крыма

Зазеркалье — о «русской оккупации» Крыма

Полностью переформатировать сознание, выдать чёрное за белое, зеркально поменять нравственные полюса — большая, продолжительная, но вполне выполнимая задача. Никогда не мог подумать, что технология «цветных…

Поздравляю всех с успешным Олимпийскими играми в Сочи!

Поздравляю всех с успешным Олимпийскими играми в Сочи!

Впервые в истории мы опередили всех по количеству побед. Мы показали, что можем и строить, и принимать, и побеждать. Теперь у нас есть лучшая в…

На службе технологий манипулирования массовым сознанием

На службе технологий манипулирования массовым сознанием

Опубликовал его некий украинец Олег Леусенко, содержание постов которого носит исключительно односторонний антироссийский характер. В нём мало чего о самой Украине без привязке к России,…